Рубрики

четверг, 11 апреля 2019 г.

ИРАНО-ИРАКСКАЯ ВОЙНА


Подполковник И. КЛЕНОВ, майор В. ОРЛОВ
ЗВО. 1985. № 1


Более четырех лет продолжается воо­руженный конфликт между двумя крупнейшими государствами района Пер­сидского залива — Ираном и Ираком. За это время он приобрел такие масштабы, что воюющие стороны вынуждены действо­вать с полным напряжением людских и материальных ресурсов. Об этом свиде­тельствуют приводимые различными иност­ранными источниками данные о количестве личного состава, непосредственно вовле­ченного в боевые действия, а также о по­терях сторон в живой силе и о материаль­ном ущербе, понесенном ими.
По оценкам западных военных обозрева­телей, сейчас в зоне боевых действий сос­редоточено до 1,5 млн. человек. С начала конфликта общие потери составили более 500 тыс. человек. Материальный ущерб обеих сторон только за первые полтора го­да войны превысил 150 млрд. долларов. Полностью разрушены или выведены на долгое время из строя важные экономиче­ские объекты: иракские нефтеперерабаты­вающие заводы в городах Басра, Багдад и Киркук, крупнейший в мире иранский неф­теперерабатывающий комплекс в г. Абадан (мощность 32 млн. т нефти в год). Нане­сен ущерб нефтеэкспортным портам Ира­ка, из-за чего практически полностью пре­кращен вывоз его нефти через Персид­ский залив. Нарушена работа иранских нефтепромыслов. В результате бомбарди­ровок и артиллерийских обстрелов разру­шены объекты инфраструктуры обеих стран в прифронтовой полосе, а также сот­ни школ, больниц, жилых домов. Мирные жители, лишенные крова, оказались на по­ложении беженцев. Таковы последствия этой войны, принявшей непримиримый и затяжной характер. Большинство западных специалистов, пристально изучающих ира­но-иракский конфликт, в качестве главных его причин выдвигают территориальные, этнические и религиозные разногласия и в меньшей степени затрагивают политиче­скую сторону вопроса.


Территориальные разногласия между двумя соседними странами имеют длин­ную предысторию. Нынешняя территория Ирака на различных исторических этапах входила в состав Персидской и Оттоман­ской империй, а также арабского халифа­та. Находилась она и под контролем анг­лийских властей. Многовековая борьба между этими странами и попеременное ус­тановление ими контроля над территорией Ирака привели к образованию ряда про­тиворечий между Ираном и его западным соседом. При этом наибольшую остроту приобрела проблема границы по р. Шатт- эль-Араб.
Протяженность р. Шатт-эль-Араб, обра­зующейся при слиянии рек Тигр и Евфрат, составляет около 250 км. Отрезок этой ре­ки в 82 км до впадения ее в Персидский залив является пограничным. Открытие нефтяных месторождений в иранской про­винции Хузестан в 1908 году и активизация торговли потребовали установления точной государственной границы. В 1913 году в г. Константинополь был подписан прото­кол, согласно которому граница между Ираном и его западным соседом на р. Шатт-эль-Араб устанавливалась по вос­точному (иранскому) берегу. После полу­чения Ираком независимости в 1932 году были проведены ирано-иракские перегово­ры, и в 1937 году подписан новый договор, согласно которому линия государственной границы на отдельных участках реки была изменена в пользу Ирана. Однако в целом контроль за судоходством и экономиче­ским использованием реки оставался в ру­ках иракского правительства.
Река Шатт-эль-Араб и прилегающая к ней территория имеют большое военное и экономическое значение для обеих стран, особенно для Ирака. Важнейший его порт Басра находится в 90 км от впадения реки в Персидский залив. Главный нефтеналив­ной порт Фао расположен в ее устье. Ос­новные нефтепроводы проходят параллель­но реке на небольшом удалении. Протяженность иракской береговой черты в Пер­сидском заливе составляет около 80 км. Причем местность на побережье заболоче­на и малопригодна для строительства пор­тов. Здесь находится единственный порт страны Умм-Каср, но подход к нему воз­можен по узким фарватерам, контролируе­мым Кувейтом.
С иранской стороны на р. Шатт-эль-Араб расположен Хорремшехр — крупнейший торговый порт и железнодорожный узел на юге страны. Здесь же находятся центр нефтепереработки Абадан и военно-мор­ская база Хосровабад. Транспортировка грузов через Персидский залив с их пере­грузкой на железную дорогу в порту Хор­ремшехр считается экономически более выгодной, чем при использовании других портов на юге страны. Поэтому установле­ние договором границы по восточному бе­регу р. Шатт-эль-Араб в большей степени отвечало жизненно важным интересам Ира­ка и в известной мере ущемляло интересы Ирана, который при любом удобном слу­чае пытался добиться пересмотра догово­ра и установления границы по линии таль­вега *.

* Тальвег — линия, соединяющая наибо­лее пониженные точки русла реки.

Предметом разногласий между Ираном и Ираком являются также небольшие уча­стки вдоль их сухопутной границы. Всего насчитывается шесть таких участков общей площадью 370 км2 в районах севернее Хорремшехр, фука, Мехран (два участка), Нефтшах и Касре-Ширин (рис. 1). В тече­ние длительного времени остаются неуре­гулированными вопросы использования вод пограничных рек и выпаса скота в приграничной зоне.
Негативное влияние на ирано-иракские отношения оказывают религиозные разли­чия. Так, Иран считается цитаделью шииз­ма — одного из основных течений ислама. В руководстве Ирака господствующие по­зиции занимают представители ислама сун­нитского толка, и в то же время чуть боль­ше половины населения — мусульмане- шииты. Основные шиитские святыни и мес­та паломничества — города Неджеф и Кербела — также расположены на ирак­ской территории. Все это порождало опре­деленные разногласия между Тегераном и Багдадом, которые особенно усилились после прихода к власти в Иране шиитского духовенства во главе с Хомейни. После выхода Ирака из состава Багдадского пак­та в результате революции 1958 года шах­ский режим, поддерживаемый США и Ве­ликобританией, развернул активную под­рывную деятельность против Иракской Республики. Иран денонсировал 19 апреля 1969 года ирано-иракский пограничный до­говор 1937 года и в одностороннем поряд­ке установил границу на р. Шатт-эль-Араб по линии тальвега, а затем занял спорные о-ва Абу-Муса, Большой и Малый Томб, находящиеся в Ормузском проливе. В ре­зультате этих действий произошел разрыв дипломатических отношений между обеи­ми странами.
Хотя в 1973 году дипломатические отно шения и были восстановлены, обе сторо­ны неоднократно оказывались в ситуации, чреватой развязыванием крупного вооруженного конфликта.



Рис. 1. Спорные участки территории на ира­но-иракской границе

В марте 1975 года при посредничестве Алжира была подписана декларация, в со­ответствии с которой Ирак соглашался на установление границы с Ираном по р. Шатт-эль-Араб по линии тальвега и прекращение антишахской пропаганды, ко­торую с иракской территории вели иран­ская демократическая оппозиция и сто­ронники аятоллы Хомейни (после высылки в 1964 году из Ирана за антиправительст­венную деятельность он до 1978 года на­ходился на иракской территории). В свою очередь шах Ирана отказался от поддерж­ки иракских курдов.


Рис. 2. Иранский танк «Чифтен» на исход­ном рубеже для наступления

В июне 1975 года был подписан новый пограничный договор, проведена демарка­ция сухопутной границы. Иран должен был отвести свои войска из некоторых спорных районов. Стороны договорились продолжить переговоры с целью урегули­рования всего комплекса разногласий, включая пограничный режим и проблему депортированных Ираком лиц (в начале 70-х годов было депортировано в Иран, по данным иностранной печати, до 60 тыс. лиц иранского происхождения с целью ликвидировать у себя в стране "пятую колонну").


Рис. 3. Районы активных боевых действий на ирано-иракском фронте в начале
1984 года

С приходом в 1979 году к власти в Иране шиитского духовенства, возглавляемого Хомейни, в отношениях двух стран возникли новые серьезные трудности. Разработав концепцию "исламского государства" и провозгласив лозунг экспорта исламской революции в мусульманские страны и объединения всех шиитов, иранское руководство сразу же приступило к практической реализации этой концепции, одним из объектов которой стал Ирак. Как отмечалось в зарубежной печати, практически с первых дней нахождения у власти иранское руководство провоцировало антиправительственные выступления иракских шиитов, предоставляло им финансовую помощь, пропагандистские материалы и оружие, стремилось устроить там исламскую революцию по своему образцу.
Решающую роль в развязывании конфликта сыграл мировой империализм в лице США и других ведущих капиталистических государств, которые, стремясь <наказать> Иран за нанесенный Западу в ходе иранской революции ущерб, распространяли дезинформацию о слабости его армии и непрочности позиций режима Хомейни, чем, по сути дела, спровоцировали столкновение между двумя соседними странами.
По данным зарубежной печати, в течение года на различных участках ирано-иракской границы имели место многочисленные вооруженные инциденты. В апреле 1980 года Ирак обратился в Совет Безопасности ООН с требованием, чтобы Иран освободил о-ва Абу-Муса, Большой и Малый Томб. Выступивший затем по иранскому телевидению Хомейни призвал народ Ирака свергнуть свое правительство, в армии посоветовал "не подчиняться приказам врагов корана и ислама и присоединяться к народу".
В создавшейся обстановке иракские войска заняли в сентябре 1980 года спорные районы, которые в соответствии с последним договором должны были быть переданы Ираку, а вслед за этим развернули боевые действия на широком фронте (от Касре-Ширин на севере до Хорремшехр на юге). Авиация обеих сторон нанесла удары по важнейшим объектам в приграничной зоне. На первом этапе вооруженного конфликта иракские войска значительно продвинулись в глубь Ирана и овладели в общей сложности почти 20 тыс. кв км его территории. Они заняли города Касре-Ширин, Нефтшах, Мехран, Бостан и Хорремшехр, блокировали Абадан, но были остановлены перед крупными городами Керманшах, Дизфуль и Ахваз.
После двух месяцев боев война приняла затяжной позиционный характер. Линия фронта постепенно стабилизировалась и проходила восточное ирано-иракской границы: 5-10 км в направлении Касре-Ширин и до 60 км в районе Дизфуль, Бостан и Ахваз. На юге иракские войска вышли на рубеж Хорремшехр - Абадан.
По мнению иностранных обозревателей, иракское военно-политическое руководство намеревалось, удерживая занятые войсками иранские территории, добиться от Ирана возвращения всех спорных районов, прекращения подрывной деятельности и отказа от политики экспорта исламской революции в арабские страны. Еще в начале октября 1980 года руководство Ирака заявило, что оно достигло поставленных целей, возвратив свои законные территории, и предложило урегулировать конфликт мирными средствами. Однако Иран не согласился на это. С ноября 1980 года до середины 1981-го боевые действия на ирано-иракском фронте носили позиционный характер. Стороны вели артиллерийский огонь, уничтожая важные объекты в прифронтовой полосе, предпринимали попытки нанести ущерб друг другу ударами авиации.
Как подчеркивают иностранные специалисты, практически с первых недель конфликта стало ясно, что иранское духовенство попытается с максимальной для себя выгодой воспользоваться этим вооруженным столкновением, превратить его в большую войну и решить задачи, выдвинутые при разработке плана экспорта исламской революции в соседние страны. По их оценке, война явилась для правящих кругов Ирана своего рода подарком судьбы, поскольку она отодвинула в сторону внутренние проблемы, позволила несколько консолидировать все слои населения вокруг духовенства и отвлечь его внимание от внутренних трудностей.
Направив на фронт практически все соединения и части бывшей шахской армии, правящее духовенство, судя по сообщениям зарубежной печати, избавилось таким образом от значительной части оппозиционно настроенных к новой власти элементов. Введение различных ограничений военного времени создало правящим кругам Ирана благоприятные условия для последующего разгрома леводемократических организаций, внесших решающий вклад в победу антишахской революции. Под предлогом оказания отпора противнику были значительно укреплены карательный органы, в первую очередь корпус стражей ис­ламской революции. Путем активной идео­логической, а главным образом религиоз­ной, обработки населения удалось создать в стране атмосферу шовинистического уга­ра и шиитского псевдопатриотизма. Все это на первых. порах сыграло большую роль в деле мобилизации населения, ко­торое активно откликалось на призывы ду­ховенства вступать добровольцами в ислам­ское ополчение и отправляться на фронт. Характерно, что в ряды ополчения наби­рались также и подростки-школьники, ко­торых иранские муллы подвергали усилен­ной религиозной обработке, воспитывая в них готовность стать «шахидом» (то есть готовность отдать жизнь за веру).
Весной и летом 1981 года иранское ко­мандование, проводя реорганизацию сво­их войск и наращивая их численность, одновременно пыталось вести отдельные на­ступательные операции ограниченного мас­штаба (рис. 2), но существенных результа­тов не добилось. Неудачи на фронте, как неоднократно подчеркивали иностранные обозреватели, можно было в то время объяснить отсутствием достаточного коли­чества боеприпасов, низким уровнем бое­вой готовности войск и слабой организа­цией управления. Оставшегося от шахско­го режима оружия и особенно запасных частей к нему оказалось недостаточно для длительной войны. Например, по данным Лондонского института стратегических ис­следований, к июлю 1982 года в иранских ВВС числилось 445 боевых самолетов, од­нако реально участвовать в выполнении боевых задач могли не более 40 проц. В этих условиях иранское руководство дела­ло ставку на использование своего превос­ходства над Ираком по численности насе­ления (данные на июль 1980 года: Иран — 38 млн., Ирак — 13 млн. человек).
Вторая половина 1981 года и первое по­лугодие 1982-го в ирано-иракском воору­женном конфликте ознаменовались пере­ходом Ирана к активным боевым действи­ям практически по всему фронту. Главные усилия были сконцентрированы в Хузеста- не. Значительно уступая противнику в ко­личестве и качестве оружия и военной тех­ники, иранские войска стремились исполь­зовать, как подчеркивает иностранная пе­чать, свое численное превосходство, они начинали наступательные действия внезап­но, ночью, без предварительной огневой и авиационной подготовки.
В марте 1982 года иранским командова­нием была проведена наступательная опе­рация под кодовым названием «Фатх» по освобождению г. Шуш, которая началась внезапной ночной атакой. При этом в пер­вом эшелоне атакующих находилось боль­шое число молодьгх добровольцев-опол- ченцев (14—15 лет). Как сообщала зару­бежная печать, они были брошены коман­дованием корпуса стражей на минные поля и ценой своих жизней обеспечивали ввод в бой регулярных частей. Хотя иран­ским войскам и удалось взять город, од­нако этот успех был достигнут ценой боль­ших людских потерь. Вслед за тем иран­ское командование провело новую опера­цию — «Бейт-оль-Мокаддас», в результате которой иракские войска оставили Хорремшехр.
По оценкам иностранных специалистов, для боевых действий иранской армии в этот период характерны: сравнительно не­большой размах наступательных операций, проводившихся, как правило, в несколько этапов; стремление командования достичь оперативной внезапности; ограниченное использование авиации из-за низкой тех­нической готовности самолетного парка; практически полное отсутствие военных действий на море; ставка на многочислен­ность и фанатизм личного состава, приво­дившая к большим потерям в живой силе; широкое использование войсками оружия ближнего боя (стрелковое, ручные проти­вотанковые гранатометы, минометы малых
калибров, безоткатные орудия) при огра­ниченном применении бронетанковой тех­ники и артиллерии крупных калибров в ос­новном из-за нехватки боеприпасов.
В это время полностью определилось главное направление в стратегии Ирана. Не имея достаточного для быстрого окон­чания войны в свою пользу количества во­енной техники, боеприпасов и снаряжения, иранское руководство взяло курс на дли­тельную вооруженную борьбу, рассчитан­ную на истощение противостоящей сторо­ны. Как отмечали западные наблюдатели, именно поэтому Хомейни и его окруже­ние решительно отвергали любые инициа­тивы третьих стран и международных ор­ганизаций по политическому урегулирова­нию конфликта. Утратив инициативу в ве­дении боевых действий и понеся ощути­мые потери в ходе весенней кампании 1982 года, иракское руководство приняло решение отвести войска на линию госу­дарственной границы, оставив за собой только спорные территории, которые дол­жны были отойти к Ираку по договору 1975 года. К июлю 1982 года отвод воору­женных сил Ирака был в основном завер­шен. Этот акт был использован иракской стороной для того, чтобы в очередной раз попытаться склонить Иран к мирным пере­говорам, однако и такой шаг успеха не имел. Хотя официально иранская сторона и заявляла, что не собирается переносить боевые действия на чужую территорию, ее лидеры втайне готовили армию и стра­ну к войне «до победного конца», то есть к провозглашению в Ираке исламской республики по иранскому образцу.
Безрезультатными оказались новые по­пытки третьих государств примирить про­тивоборствующие стороны. Иранское пра­вящее духовенство или снова отвергало их, или выдвигало такие условия, которые заведомо не могли быть приняты. Так, Хо­мейни и его окружение сформулировали своеобразный пакет требований: призна­ние Ирака агрессором, выплата репараций в размере 150 млрд. долларов, ликвида­ция правящего режима страны, осужде­ние ее лидеров и другие. Все это, как подчеркивала иностранная пресса, ясно указывало на намерения Ирана продол­жать войну вплоть до полного поражения противника и передачи власти шиитскому духовенству. Подтверждением может слу­жить бурная негодующая реакция Тегера­на на принятую 12 июня 1982 года Сове­том Безопасности ООН резолюцию № 514, в которой оба государства призывались к прекращению войны. Иранские лидеры прямо заявили, что указанная резолюция является результатом сговора с целью «лишить Иран победы».
С июля 1982 года вооруженная борьба на фронте вступила в новую фазу. Иран­ское руководство взяло курс на перенос боевых действий на чужую территорию, чтобы нанести решительное поражение противнику, свергнуть нынешнее иракское правительство, поставить у власти проиран­скую шиитскую группировку.
Вначале главный удар планировалось нанести на южном фланге. Крупнейшей операцией иранских вооруженных сил яви­лась операция под условным названием «Мохаррам». Основными ее целями были захват г. Басра и отторжение южных рай­онов страны.
В ночь с 13 на 14 июля 1982 года около 100 тыс. «стражей революции» и ополчен­цев из района Ахваз, Кушк и Хорремшехр начали наступление в направлении на Бас­ра. Используя численное превосходство в живой силе, иранские войска вначале на некоторых участках прорвали оборону про­тивника и вклинились на 15—20 км в глубь территории Ирака.
Иракское командование контратаками бронетанковых частей остановило наступ­ление иранских войск в 9 км восточнее г. Басра, отрезало передовые части от глав­ных сил и уничтожило их. Иранские войска отошли на исходные позиции, потеряв, по оценке западных специалистов, более 15 тыс. человек убитыми. Однако некото­рым иранским подразделениям удалось закрепиться на иракской территории на глубине 3—5 км от линии государственной границы. После этого наступления боевые действия на всем протяжении фронта вновь приняли позиционный характер.
В течение 1983 года иранское руковод­ство пыталось путем проведения ряда нас­тупательных операций на различных уча­стках фронта расшатать оборону иракской армии, измотать ее и добиться решающего перелома в войне в свою пользу. Испыты­вая значительные трудности в обеспечении войск оружием, в первую очередь тяже­лым, иранское командование стремилось решить поставленные перед ним задачи за счет создания на избранных участках нас­тупления значительного превосходства над противником в живой силе. Как сообща­лось в зарубежной печати, только за 1983 год численность иранской армии воз­росла почти вдвое. По оценкам западных специалистов, сейчас Иран имеет под ру­жьем почти 1 млн. человек. Примерно по­ловина из них — бойцы ополчения, на ко­торых, как правило, ложится основная тя­жесть войны.
В течение года Иран провел несколько наступательных операций, объединенных единым названием «Аль-Фаджр». Основ­ные усилия были сконцентрированы на центральном участке фронта на направле­нии Дизфуль — Фука. Иранское коман­дование пыталось нанести здесь рассека­ющий удар по противнику, выйти к р. Тигр, захватить этот важный в опера­тивном отношении район и нарушить ус­тойчивость всей обороны. Однако ему уда­лось добиться на этом направлении лишь незначительного успеха. Понеся большие потери в живой силе и израсходовав соз­данные перед наступлением запасы, иран­ские войска перешли к обороне. Было предпринято также наступление на север­ном фланге, где удалось захватить ирак­ский город Пенджвин.
Как отмечается а иностранной прессе характерной особенностью действий иран­ских войск в данный период было то, что они все свои операции начинали ночью. Именно в ночное время они добивались наибольших успехов, так как, не имея превосходства в воздухе, иранское командо­вание пыталось под покровом темноты избежать больших потерь от самолетов и вертолетов противника. Захватив какой-ли­бо участок местности, иранские части стремились быстро закрепиться на нем и удерживали его до последней возможно­сти. Такую тактику «вгрызания» они при­меняли в ходе всех операций.
С ноября 1983 года по февраль 1984-го иранское командование подготовило вой­ска к очередной наступательной операции, местом проведения которой был избран южный участок фронта (Бостан—Абадан, рис. 3). Операция, получившая условное название «Хайбар», началась в последней декаде февраля. Ее активная фаза про­должалась неделю. Иранским войскам удалось, используя отсутствие сплошной линии фронта в обороне противника на заболоченной местности восточнее Эль- Курна, вклиниться на иракскую террито­рию на 10—15 км и захватить о-ва Мадж- нун с находящимися на них нефтяными скважинами. Успеху наступления способст­вовала внезапность действий:       иранские
подразделения, посаженные на десантные катера, моторные лодки и другие само­ходные десантно-переправочные средства, ночью по каналам и протокам подошли и высадились на островах и на выходе из болот. Кроме того, они сделали попытку форсировать р. Тигр севернее Эль-Курна.
Как отмечалось в обзорах боевых дей­ствий, подготовленных иностранными кор­респондентами, иранское командование рассчитывало в результате успеха опера­ции форсировать р. Тигр, перерезать важ­ное шоссе Багдад — Басра и, развивая наступление в южном направлении, захва­тить Басру, лишить Ирак выхода в Персид­ский залив и отрезать его от арабских стран Аравийского п-ова. Однако полно­стью реализовать этот замысел ему не удалось. Захватив о-ва Маджнун, иранские войска не сумели развить успех. Отдель­ные их подразделения, вышедшие к р. Тигр севернее Эль-Курна, были полно­стью уничтожены. В ходе операции Иран потерял десятки тысяч убитыми.
Весной и летом 1984 года воюющие сто­роны готовились к решающим сражениям. По данным западных военных специалис­тов, основное внимание иранского руко­водства по-прежнему было обращено на подготовку крупномасштабного наступле­ния на басринском направлении, где к на­стоящему времени сосредоточена крупная группировка регулярных сухопутных войск и корпуса стражей исламской революции Ирана. Все это привело к дальнейшему обострению военно-политической обстанов­ки в зоне Персидского залива.
Иностранные обозреватели, следящие за событиями на ирано-иракском фронте, при­ходят практически к единому мнению относительно дальнейших перспектив конфликта. По их оценкам, к настоящему вре­мени сложилось примерное равенство сил воюющих сторон. Хотя Иран обладает большими по численности вооруженными силами и постепенно улучшает обеспече­ние их вооружением, этого пока недоста­точно для создания решающего перелома в конфликте в пользу Тегерана. Вместе с тем именно позиция иранского руководст­ва, подчеркивает зарубежная печать, бу­дет определять, как долго еще продлится эта война. В то же время тяготы и лише­ния, вызванные бессмысленной, ведущей­ся исключительно в угоду эгоистическим интересам определенных кругов страны вооруженной борьбой, начинают оказывать все более заметное воздействие на насе­ление, антивоенные настроения охватывают все большее число иранцев.
Вооруженное столкновение между двумя наиболее сильными государствами регио­на не ограничивается только тем мораль­ным и материальным ущербом, который нанесен народам и экономике воюющих сторон. Иностранные специалисты обраща­ют внимание и на такой вопрос, как во­енно-политические последствия ирано­иракской войны. Отмечается, что воору­женное столкновение между Ираном и Ираком еще более углубило раскол в арабском мире. Некоторые страны этого региона встали на сторону Ирана, а дру­гие выступили в поддержку Ирака. Этим внимание арабского мира в какой-то сте­пени было отвлечено от ближневосточно­го конфликта, что способствовало Израи­лю и его покровителям в реализации их агрессивных замыслов на Ближнем Восто­ке.
Ослабление антиизраильского и антиим­периалистического фронта помогло изра­ильскому руководству провести широко­масштабную варварскую агрессию против Ливана и сил Палестинского движения со­противления.
США использовали события в Юго-За­падной Азии, особенно угрозу иранского руководства блокировать Ормузский про­лив, как предлог для наращивания своего прямого военного присутствия в Индий­ском океане и зоне Персидского залива. Якобы для обеспечения безопасности Сау­довской Аравии Пентагон разместил на территории этой страны отряд самолетов дальнего радиолокационного обнаружения и управления Е-3А, ведущих наблюдение за обстановкой и сбор разведывательной информации не только в зоне боевых дей­ствий, но и в районе Персидского залива. Под предлогом защиты морских коммуни­каций в зоне Персидского залива и север­ной части Индийского океана страны НАТО развернули крупную группировку своих ВМС.
В иностранной печати ирано-иракскую войну часто называют «забытой». Действи­тельно, о ней вспоминают только в пери­од активизации боевых действий на фрон­те. Однако это отнюдь не означает, что для правящих кругов США и других за­падных стран безразличны события, про­исходящие в столь важном районе мира, как Персидский залив. Наоборот, факты свидетельствуют о заинтересованности наиболее агрессивных сил Соединенных Штатов Америки и НАТО в том, чтобы эта трагичная в своей бессмысленности война продолжалась как можно дольше, исто­щая силы противоборствующих сторон и создавая империалистическим кругам но­вые возможности для укрепления их воен­ных и политических позиций в регионе. В связи с этим империализм делает все воз­можное для разжигания ненависти и враж­ды между воюющими сторонами, для даль­нейшего обострения обстановки в районе Персидского залива.
Чтобы отвлечь внимание мировой обще­ственности от своих агрессивных акций в ближневосточном регионе, империалисти­ческие круги США и НАТО в последнее время активизировали пропаганду, пытаясь очернить политику СССР и злостно фаль­сифицировать его позицию в отношении этой войны, приписывая ему некую «за­интересованность» в ее эскалации. Позиция Советского Союза в отношении ирано­иракского вооруженного конфликта осно­вывается на ленинских принципах миролю­бивой внешней политики КПСС и Совет­ского правительства. Она четко сформули­рована на XXVI съезде КПСС: «Советский Союз решительно выступает за скорейшее прекращение этой братоубийственной вой­ны, за политическое урегулирование конф­ликта. Мы стремимся и на практике содей­ствовать этому».


Комментариев нет:

Отправить комментарий

Follow by Email